Филлис Уитни - Атмор Холл [Женщина в зеленом]

— Мэгги пыталась использовать меня, и вы прекрасно знаете это. И я без колебаний использовал ее, чтобы подогревать подозрения Алисии, пока я не мог иметь ее, где только хотел. И всех их, к тому времени!

— Как вы могли, когда Джастин, Марк и Мэгги — все были так добры к вам, когда вы были молодым! У вас был дом, где вас всегда ждали! А когда Джастин…

Он не дал мне продолжить.

— Не напоминайте об этом. Вы не знаете, как это было. Быть нулем, ничем. Быть Опекаемым. Меня все время тянули из того, что они называли грязью. И все это тогда, когда я знал, что по уму я выше их всех! Но я бы оставил их в покое, если бы не хитренькие трюки Алисии. Но теперь все они слились для меня в одну большую мишень, которую я могу поразить одним ударом! — Он повернул голову ко мне. — Когда-то я надеялся поразить Джастина, завоевав Алисию, но теперь я обнаружил, что его заботите только вы, только вы ему нужны. Итак, вы уйдете со мной, Ева.

Я сидела тихо, пока мы ехали по ухабистой дороге, причем Найджел не очень спешил. И это само по себе ужасно. Теперь я знала, что он ни за что не отпустит меня. Я была оружием, которое он направил на всех, особенно на Джастина, которого он ненавидел.

Над нами была ночь, полная ветра, темноты и лунного света, запаха цветов, разливающегося в воздухе. Запаха особенно нежного, так как я, возможно, вдыхаю его последний раз. Наши фары осветили дорогу, спускающуюся к карьеру и обрывающуюся прямо у его края.

— Немного жаль, — сказал он тем же тоном собеседника, и слова его звучали так же бесстрастно, как всегда. — Знаете, Ева, мне вы довольно-таки симпатичны. Вы не были одной из них. Вы были никто, как я. И я надеялся, что мы сойдемся. Но вы начали причинять мне слишком много беспокойства. Я бы преуспел в том, что разорил их и почти получил Атмор для себя, если бы не вы.

— А Даниэль? — сказала я с горечью. — То, что случилось с ним, тоже ваших рук дело?

Он немного притормозил, чтобы еще немного поговорить.

— Если быть точнее, то это дело рук Алисии. Она послала старика шпионить за мной. Она заподозрила, что именно я организовывал все эти несчастья, которые должны были разрушить всю работу Джастина. Естественно, я не хотел, чтобы усилия Джастина увенчались успехом до того, как он будет там, куда я загоню его. Лео мне достаточно помогал, пока мы не стали неосторожными.

— Почему Алисия не пошла к Джастину со своими подозрениями? — воскликнула я.

— Чтобы он узнал о нашей маленькой идиллии на островах? Чтобы он узнал, откуда у нее клуб? Это вряд ли было возможно. Поэтому она послала старика Даниэля шпионить за мной и доносить ей. Я этого не хотел. Но старый дурак видел, как Лео бил стекла в мастерской Джастина. Он встретил меня там, в руинах, и мы с ним поговорили. Но он быстро понял, что он в ловушке и что я не позволю ему ускользнуть. Когда вы неожиданно возникли на сцене, он попытался намекнуть вам, сказав об игре в шахматы. Вы ничего не поняли, не так ли? Я должен был позаботиться о нем — заткнуть его навсегда. Затем вы появились с этим чертовым снимком и могли навлечь на меня подозрения. Если бы Алисия узнала меня на том снимке, у нее было бы доказательство, что я убил старика, и она могла бы повернуть все в свою пользу, угрожая выдать меня.

— У вас никогда не будет Атмора, — сказала я, хватаясь за соломинку, — но вы можете спасти свою жизнь.

Он с триумфом взглянул на меня.

— У меня будет даже что-то получше — выигрышный выстрел. Во всем этом я сделал только одну большую ошибку. Я никогда не верил, что Джастин мог предпочесть вас Алисии. Я думал, что вы можете вернуться, не давать развод, быть занозой во всем этом деле. Это было моей ошибкой. Я считал, то, что он чувствовал к вам, было просто увлечением, которое давно прошло. Некоторым образом вы были самой худшей неприятностью из всех. Вы даже обманули меня, устроив этот фокус с переодеванием. Вы не думаете, что я хотел причинить ей зло, не так ли? Это все ваша американская болтовня. Именно ее надо было прекратить. Теперь все выяснилось — все. Я не намерен оставаться тут. Сегодня ночью Мэгги дала мне ответ на все вопросы и вложила мне в руки оружие — вас. Я знаю, что лучший способ уничтожить Джастина — это уничтожить вас. Не беспокойтесь, наше путешествие скоро закончится.

Страх — странная штука. Наступает момент, когда он, если он в вас уже есть, доходит до такой точки, выше которой некуда. Мозг лихорадочно работает в поисках выхода, в то время как смертельный конец становится все ближе и ближе. Сердце замирает, глаза расширяются, а дыхание становится затрудненным. И вот настает время, когда страх уже не может расти. Я думаю, именно так было и со мной, когда я четко увидела перед собой неизбежную смерть. Перед ее лицом жуткое спокойствие снизошло на меня. Спокойствие безнадежности.

Совершенно автоматически я застегнула ремень безопасности. Найджел увидел это и издевательски улыбнулся.

— Неужели вы думаете, что это поможет вам на дне карьера высотой более четырех метров! Теперь держитесь, любовь Джастина! — кривлялся он. — Вот мы и приехали!

Свет фар выхватил из темноты колокольчики, покачивающиеся на ветру. Свет то уходил вверх, то падал вниз — и в его лучи попало какое-то препятствие прямо поперек дороги впереди нас.

Это была серая машина Джастина, за рулем был Джастин. Я громко крикнула, хотя мой крик и потонул в шуме ветра. В свете наших фар я увидела напряженное лицо Джастина. Я знала, что пасть карьера была почти сразу позади машины.

Это было совсем не то, что планировал Найджел, но он принял обстоятельства такими, какими они сложились. Он нажал на педаль, и красный мерседес ринулся, как ракета,

к серому препятствию на его пути. Я закрыла руками лицо и стала молиться изо всех сил. Я только помню жуткий грохот от удара, дерганье ремня и звук взрыва — и ничего больше.

Отдаленный рев разбудил меня. Я открыла глаза и увидела темноту ночи, прорезанную пламенем. Я, должно быть, лежала очень близко к огню, потому что жар обжигал мое лицо. Темная фигура двигалась в нервном свете пламени. Одной рукой я ощупала пространство вокруг себя и поняла, что лежу на траве. Сознание вернулось ко мне, когда что-то мокрое лизнуло меня в лицо. Дейдри была здесь.

И я все вспомнила. Горела красная машина Марка. А что случилось с Джастином и с машиной Джастина после того, как ее ударили в борт?

Я обнаружила, что могу шевелить ногами и руками. Я даже смогла, хоть и с трудом, встать на ноги. Высокая фигура, выделявшаяся темным силуэтом на фоне пламени, стояла на коленях возле чего-то, лежащего на траве.

— Джастин? — воскликнула я, почти не веря своим глазам.